Андрей Продеус: «Грех не использовать научно-исследовательские возможности БФУ им.И.Канта в практической медицине»

Известный российский врач-педиатр, иммунолог, доктор медицинских наук, профессор, руководитель Университетской клиники детских болезней РНИМУ им. Н.И. Пирогова, в прошлом соведущий популярной телепередачи «Жить Здорово!» Андрей Продеус сотрудничает с нашим университетом в рамках программы «5-100». С недавних пор он - профессор-консультант БФУ им. И. Канта.

В интервью kantiana.ru ученый рассказал о том, насколько важно найти применение научно-исследовательскому потенциалу вуза в практической медицине, какие, по его мнению, направления следует развивать в первую очередь и почему философская база БФУ им.И.Канта может оказаться полезной в решении проблем, встающих перед человечеством в результате развития технологий. В том числе - генной инженерии.

- Андрей Петрович, в чем вы видите свои задачи в плане сотрудничества с БФУ им. Канта?

- Хочу отметить, что это сотрудничество началось «по вине» нескольких людей. В частности - руководителя Центра медицинских биотехнологий БФУ имени Канта Андрея Геннадиевича Гончарова и заведующей лабораторией иммунологии и клеточных биотехнологий Инновационного парка университета Ларисе Сергеевне Литвиновой. Во многом это именно они способствовали тому, что я стал профессором -консультантом БФУ.
А задачи состоят главным образом в том, чтобы, во-первых, интенсифицировать научные, фундаментальные исследования, а, во-вторых, максимально плотно соединить теорию с практикой, развить, в частности, трансляционную медицину. Это модное сейчас направление, которое предполагает максимально быструю передачу всех достижений науки (например, открытия в генной инженерии) в действующие лечебные учреждение.
А что для этого нужно? Для этого нужно, чтобы представитель практической медицины ставил четкую задачу перед ученым.a-p-prodeus-vrach-immunolog.JPG
Вот взять, например, мою специальность - иммунологию. Я и мои коллеги понимают, что проблемы у пациента возникли из-за нарушения функций определенных клеток, определенных рецепторов, определенных белков. 
И тогда я должен прийти, положим, к Андрею Геннадиевичу и сказать: «Вот эти клетки, скорее всего плохо работают. Мне нужно иметь возможность правильно оценить ситуацию. Требуется технология, которая бы достоверно отвечала на мои вопросы». 
С другой стороны, ученому тоже неплохо было бы понимать задачи практической медицины. 
В идеале это должно выглядеть примерно так. Вот приходит ко мне Андрей Геннадиевич и говорит: «Андрей Петрович, мы нашли, что нарушение таких-то микроорганизмов или таких-то клеток могут вести к таким-то и таким-то эффектам. Возможно у вас есть пациенты имеющие подобного рода нарушения?» …В целом, планов и задач много. Например, помимо всего прочего, хотелось бы дать определенный толчок развитию клинической иммунологии на базе медицинского института БФУ. 
Также планируется серия публикаций в серьезных научных изданиях, а также создание учебных программ для студентов, аспирантов, ординаторов.

- Насколько возможности БФУ им. И. Канта соответствуют этим планам? 

- Я не первый раз в БФУ им. И. Канта, мне доводилось бывать здесь и прежде. Летом прошлого года в университете проходило мероприятие российского масштаба - съезд иммунологов. 
Кроме того я приезжал в Калининград специально для того, чтобы посмотреть базу вуза и оценить его возможности. По моему мнению, потенциал многих структур университета, в частности - тех, что занимаются исследованиями генома чрезвычайно велик. Грех не использовать имеющиеся возможности в практической медицине. 
Вообще же мне представляется, что Калининградская область очень удобный регион для развития современной высокотехнологичной медицины. 
Тут соединилось много факторов. Это и выгодное географическое положение, и наличие сильного университета, в который с одной стороны обладает прорывными технологиями, 
а с другой - имеет очень серьезную философскую основу. И это неудивительно - имя Канта обязывает. 

- Вы считаете, что философия может помочь в развитии медицины? 

- Безусловно. Жизнь стремительно меняется. В начале 2000-х только по сути началось исследование генома человека и теперь, спустя всего полтора десятка лет, любой из нас может сделать полный экзомный сиквенс, и следовательно, понять как ему, собственно, жить. В смысле - что лучше есть, сколько спасть, какую дозу жаропонижающего принимать. Все это в корне меняет психологию человека. 
Но ведь это только начало. Даже не за горами, а совсем уже рядом технологии, с помощью которых мы сможем менять свой геном. Это может привести к тому, что одни люди будут, скажем так, исправленные, а другие - нет. 
Помните в фантастическом фильме «Гаттака» были два вида людей «годные» (Valid) и «негодные» (In-valid)?
То есть, перед человечеством встанет масса этических вопросов, ответы на которые мы ждем от философов. Они должны объяснить нам что со всем этим делать. 

Читать далее

ВКонтакт Facebook Twitter Mail.Ru

  Возврат к списку