Андрей Тесля: магистры философии преуспевают в рекламе и журналистике

Как удалось объединить в одном проекте специалистов по политической философии, истории русской философии и общественной мысли? Правда ли, что философ ни в чем не уверен? Почему магистры философии чаще преуспевают в рекламном бизнесе? Что такое "эффект семинара"? Об этом корреспонденту "Социального навигатора" МИА "Россия сегодня" рассказал руководитель научной программы магистратуры "Русская философия: средства и способы производства смыслов", кандидат философских наук, доцент института гуманитарных наук БФУ им. И. Канта Андрей Тесля.

– Андрей Александрович, нужны ли государству философы?

– Есть расхожий предрассудок, который во многом справедлив. Он гласит, что, мол, философ на самый обычный вопрос реагирует словами "На самом деле все гораздо сложнее". Действительно, для философа нет ничего, что было бы принципиально защищено от сомнения. Возьмем понятие "реальность". Любой человек понимает, что оно значит. Кроме философа. В точке, где другие финишируют, у него работа только начинается. Она востребована там, где мы пытаемся свести свои представления – о себе, мире, обществе – в некую целостную рациональную систему. Дать себе отчет в том, что мы мыслим, когда думаем, что мыслим.

– Расскажите о новой магистерской программе "Русская философия: средства и способы производства смыслов". Как она появилась в университете?

– Ну, во-первых, это гораздо более протяженная во времени работа, притом коллективная. Собственно, именно потому, что история русской философии давно занимала заслуженное место в исследованиях и публичных проектах, инициированных в Балтийском федеральном университете им. И. Канта, я и оказался теперь его сотрудником.
Русская философия XIX – XX веков интересна уже хотя бы потому, что это одна из важнейших составных частей нашей интеллектуальной истории. Сам по себе — это увлекательный предмет исследований, здесь и разнообразные философские школы и направления, и сложное переплетение с другими сферами истории русской общественной мысли, культуры.
Когда мы в спорах говорим о "западниках" и "славянофилах", рассуждаем о "либералах" и "консерваторах", то пользуемся понятиями, которые были выработаны в русской мысли и многократно изменяли свое содержание. История русской философии дает и примеры концепций, получивших универсальное распространение. Так, достаточно вспомнить об анархизме, история которого немыслима без Бакунина и Кропоткина.
Обновленная магистерская программа подготовлена нами вместе с коллегами из МГУ, Высшей школы экономики, Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Она объединяет в концептуальное целое ведущие современные подходы в области истории философской и общественной мысли.

аааа.jpg


– А как подбирались преподаватели, которые ведут эту программу?

– Критерий очень прост. Каждый специалист высочайшего уровня ведет свой авторский курс. Мы уверены в успехе, поскольку эти исследователи уже и сами успели войти в историю русской мысли. Нам удалось привлечь лучших специалистов по темам, с которыми они вступают в проект.
Замечательный знаток не только русской философии, но и культуры и искусства Алексей Козырев читает курс "Я и другой в русской мысли". Историк русской философии и политолог Борис Межуев рассказывает о философии Владимира Соловьева – предмете его плодотворных трудов на протяжении вот уже более двух десятилетий.

Один из первооткрывателей истории знаменитого сборника "Вехи" 1909 года, издатель и редактор легендарного ежегодника "Исследования по истории по русской мысли" Модест Колеров читает курс по историографии русской философии. Владас Повилайтис, основатель образовательного проекта PhilosoFAQ, специалист по философии истории русской эмиграции, преподает политэкономию русского философского зарубежья и спецкурс по истории евразийства.

Созданный Владасом интернет-проект PhilosoFAQ, в числе прочего, включает и серию из более чем 120 разговоров с ныне живущими выдающимися историками русской мысли. Видеоролики, отснятые в России и за рубежом, сами по себе являются драгоценным документальным материалом.

– Судя по вашим словам, образование онлайн вполне уживается в БФУ им. И. Канта с традиционной лекцией профессора. Нет опасения, что оно вытеснит со временем доску и мел?

– Но ведь мы отлично знаем, что в образовании главное не лекции, при всем уважении к ним, а семинары, где осуществляется основная совместная работа студента и наставника. Можно в принципе даже представить себе университет без лекций, которые заменил интернет. Но семинар не заменить.

Или возьмем подготовку и защиту диссертации, когда возникает отчасти тот же " эффект семинара". В центре обсуждения находится представляемая соискателем (магистрантом) письменная работа. Некий законченный текст, предварительно апробированный на конференциях, коллоквиумах, в многократном обсуждении с научным руководителем.

Эта процедура, как видим, позволяет и наставникам и учащимся работать сразу на нескольких уровнях: и с текстом, и в живой коммуникации. В конце концов ученичество — это всегда обучение у кого-то, кто становится твоим наставником. У него ты перенимаешь не только и не столько то, что можно записать и пересказать, а неявное знание. Оно проступает, например, через тембр голоса – ведь совершенно различно мы читаем книгу автора, о котором ничего не знаем, или знакомого нам, интонацию которого можем услышать в тексте.

Все это очень важно для понимания сути университета, по отношению к которой любые современные технологии это лишь инструменты, которые могут служить как разрушению, так и развитию.

Полностью текст интервью здесь

ВКонтакт Facebook Twitter Mail.Ru

  Возврат к списку